Делить или не делить?

PartyPoker

Известный покерный журналист Ли Дейви попытался ответить на вопрос, нужны ли покеру сделки за финальными столами

Во время последнего этапа ЕРТ мы стали свидетелями довольно необычного зрелища: переговоров о заключении сделки о переделе остатков призового фонда между четырьмя игроками. Дискуссия остановила турнир, который транслировался в прямом эфире, практически на целый час. Известный покерный журналист Ли Дейви попытался разобраться в ситуации и ответить на вопрос, нужны ли покеру сделки за финальными столами.

Трансляции с финального стола европейского тура покера — это одно из самых интересных и захватывающих покерных шоу, которые только можно найти. Великолепные прямые эфиры с ЕРТ — это прекрасный пример того, чего можно добиться, если вложить в продукт много времени и средств. К сожалению, по плану всё идёт далеко не всегда.

Во время трансляции с финального стола главного турнира ЕРТ в Барселоне периодически возникали паузы и заминки, виной тому был небывалый наплыв любителей покера, которые хотели посмотреть финал турнира в прямом эфире. Однако главной причиной нареканий зрителей в этот раз стали не паузы из-за технических трудностей, а продолжительная остановка турнира, которую инициировали его непосредственные участники.
Для тех, кто не смотрел трансляцию, я вкратце перескажу, что произошло.

Как только из турнира вылетел финн Паси Сормунен (пятое место), игроки принялись за обсуждение сделки. Стеки были практически равны, несмотря на различия в стиле игры и уровне мастерства, при определённом стечении обстоятельств победить мог любой из них. Четверым финалистам предстояло заново поделить 2 450 000 евро. Задача не из лёгких.
На помощь игрокам бросился турнирный директор Тоби Стоун, он принёс за игровой стол компьютер и показал им, какие призовые их ожидают, если разделить всю сумму по ICM. Цифры устроили всех кроме Тома Мидлтона, он заявил, что в силу того, что он более опытен, чем его противники, он хотел бы получить дополнительную сумму сверх того, что полагается по ICM. Киммо Курко и Кристен Нильсен были не против, но чип-лидера Луку Фиорини такой расклад не очень устраивал.

Том вернулся к своей группе поддержки, в которую входили чемпионы ЕРТ Тоби Льюис, Джейк Коди и вице-чемпион ЕРТ Фрейзер Макинтайер, чтобы обсудить возможность заключения сделки на условиях, которые устроили бы итальянца. В ходе этих обсуждений выяснилось, что Тоби Льюис был бекером Тома, поэтому сделка касалась его самым прямым образом.
Переговоры продолжались около часа, камеры никто не выключал, у зрителей была возможность наблюдать за всем в прямом эфире. Как оказалось, такие дискуссии были интересны далеко не всем, PokerStars получили множество жалоб от недовольных зрителей.

В конце концов, после остановки турнира практически на целый час, игроки так и не пришли к какому-либо соглашению. Игра продолжилась без сделки.

«Я думаю, что только очень небольшая группа игроков может позволить себе играть в дорогих турнирах с бай-инами больше пяти тысяч евро. Игрокам, которые не могут себе это позволить, но всё равно хотят сыграть и, что самое главное, способы показать хороший результат, остаётся продавать доли и искать спонсоров. Я не вижу в этом никакой проблемы. Вы имеете полное право продавать свой талант или делать инвестиции в чужой. Это бизнес. По сути, любой бизнес — это в той либо иной степени инвестиция в чей-то талант и способности», — комментирует ситуацию Фрейзер Макинтайер, один из участников переговоров во время барселонского финала.

Проблема состоит в том, что большинство зрителей, которые наблюдали за прямой трансляцией турнира, не понимают, почему человек, который выиграл больше миллиона долларов в турнирах (Том Мидлтон), не может себе позволить сыграть турнир за 5 000 евро.
Стоит понимать, что данные на Hendon Mob могут быть очень обманчивыми. Во-первых, здесь учитываются только выигрыши Тома, его потери в других турнирах, деньги, которые он отдал спонсорам, а также сопутствующие расходы (путешествия, гостиницы и т. д.) никто не считает.

Известно, что долгое время в роли бекера Мидлтона выступал Крис Мурман, однако в последнее время, по крайней мере, на ЕРТ в Барселоне его подменил Тоби Льюис. Соглашения между игроком и бекером бывают разными, но одна вещь, которая объединяет большинство из них — это «мейк-ап». Порой, чтобы рассчитаться с долгом, игроку приходится отдавать бекеру всё, что он выиграл в турнире. Именно поэтому бекер имеет право голоса при заключении турнирных сделок.

В своё время сделки заключались, а местами и продолжают заключаться, за пределами игрового стола, вдали от ока телевизионных камер. PokerStars решили поступить со зрителями честно и вынесли турнирные договоры на всеобщее обозрение. Последние два сезона все сделки на главных турнирах ЕРТ стали полностью прозрачными и заключаются практически в прямом эфире на глазах у изумлённой публики.

Если в других турах сделки официально не разрешены, это вовсе не означает, что их никто не заключает. Организаторы, во что бы то ни стало, хотят видеть семизначную выплату для первого призёра. Это, по их мнению, сильный маркетинговый ход. Ради этой цели они порой идут наперекор здравому смыслу и делают скачки в призовых просто огромными (особенно в топ-3). Большинство покеристов играю не ради кубков и славы, а ради денег, поэтому такое положение дел их не слишком устраивает.

Тем не менее, открытость также таит в себе угрозу. Зачастую игроки забывают о том, что их снимают для потомков и начинают комментировать качество игры своих оппонентов и временами далеко не в лестных выражениях. Такое поведение может навредить репутации обеих сторон (критиков и тех, кого они критикуют). Кроме того, не стоит забывать о бекерах, которые, возможно, предпочли бы остаться неизвестными. Камеры ЕРТ не оставили «команду Великобритании» даже когда она дала ясно понять, что желает уединиться и обсудить соглашение без посторонних глаз.

Мне посчастливилось наблюдать за многими финальными столами. Я прекрасно помню гранд-финал ЕРТ в Монте-Карло и великолепные переговоры Люсиль Калли и Мохсина Чараньи. По-моему, их договор сделал и без того очень яркий финальный стол ещё более интересным. Я помню WPT в Морокко (2011), когда марокканцы вынудили Максима Мартынова заключить очень невыгодную для него сделку. Я также был свидетелем финала ЕРТ в Греции, где турнирные договоры официально запрещены, но игроки всё равно тайно заключили его, поскольку скачки в призовых были для них весьма существенными.

Я уверен, что открытость — это ключ к успеху. Начинающие игроки не должны бояться турниров. В то же время я уверен, что бекеры имеют право принимать участие в переговорах, однако устроители турниров должны ограничивать игроков и их спонсоров во времени. Игроки и устроители турниров должны установить чёткие границы, какую часть переговоров снимать можно, а какая должна остаться за кадром. Я считаю, что переговоры игроков снимать можно и нужно, а их совещания с группой поддержки должны оставаться за кадром. При таком раскладе в выигрыше будут все, зрители получат дополнительное развлечение, игроки не испортят друг другу репутации, а бекеры останутся в тени.